Космическая эволюция звала к Новому Миру и Новому энергетическому виду человека. И этот зов был услышан наиболее чуткими творцами: художниками, мыслителями, поэтами. В надвигающейся грозовой атмосфере начала века возникали пророчества, предчувствия и видения грядущей новой эпохи. Материя старого мира сдвинулась, потеряла привычную устойчивость и стала расползаться. На планету неудержимо наползало время, которое напоминало апокалипсис Иоанна Богослова.
«В апокалиптическом времени, — писал крупнейший русский философ Николай Бердяев, — величайшие возможности соединяются с величайшими опасностями. То, что происходит с миром во всех сферах, есть апокалипсис целой огромной космической эпохи, конец старого мира и преддверие нового мира. В поднявшемся мировом вихре, в ускоренном темпе движения все смещается со своих мест, расковывается стародавняя материальная скованность. Но в этом вихре могут погибнуть и величайшие ценности, может не устоять человек, может быть разодран в клочья».[2]
Речь шла не просто о двух путях достижения какой-либо цели, а о космической судьбе человечества, о важнейших проблемах его эволюции. Поэтому и два пути, которые предстали перед человечеством в ХХ веке, были невероятно сложны в своем взаимодействии и своей противоположности. Никогда выбор перед человечеством не стоял так остро, как в ХХ, завершающем тысячелетие, веке. Вверх или вниз, старый мир или новый, с Высшим или без него.
«Мир земной, как тупик пути — или восхождение или разрушение». — сказано в Живой Этике.[3]
То, что происходило в ХХ веке напоминало события другого, прошлого времени, пик которого пришелся на I тысячелетие до н.э. Тогда начались космические передвижения народов, несшие в себе более высокую энергетику для грядущих изменений, тогда философы осмысливали эволюционные процессы и проблемы взаимодействия материи и духа, тогда в мир пришли религиозные Учителя и началась Духовная революция, принесшая миру Христа.
Две духовные революции конца I тысячелетия до нашей эры и конца II тысячелетия нашей эры — протекавшие в различных исторических условиях, тем не менее, эволюционно были связаны между собой. Перед той и другой революцией стояла задача изменить сознание человека, преобразить и одухотворить материю его внутреннего мира.
В том далеком прошлом времени, как и в нашем, эволюция выдвигала перед человечеством проблему Нового мира и Нового человека. Учение Христа, пронизанное взаимодействием с Высшим, расширяло сознание человека, открывало пред ним новые горизонты дальнейшего преображения, приближало его к мирам иных измерений, иного состояния материи.
Духовная революция конца II тысячелетия, которая несла в себе опыт и нахождения предыдущей спрессовала в своем пространстве время двух тысячелетий, расширила понятие Высшего инобытия, и поставив его во главу угла, выдвинула на первый план концепцию нового творчества, как условия дальнейшего преображения человека и земного человечества в целом.
