Вот некоторые мысли, которые Ницше бросил в мир ХХ века через своего сверхчеловека.
«Я — Заратустра, безбожник, который говорит: «Кто безбожнее меня, чтобы я мог радоваться его наставлению?»
«Я — Заратустра, безбожник: где я найду подобных себе? Подобны мне все, кто отдает себя самих своей воле и сбрасывает с себя всякое смирение».[16]
«Бог умер: теперь хотим мы, чтобы жил человек».[17]
«Лучше самому быть Богом».[18]
«Некогда говорили: Бог — когда смотрели на дальние моря; но теперь я учил вас говорить: сверхчеловек. Бог есть предположение, но я хочу, чтобы ваше предположение простиралось не дальше, чем ваша созидающая воля. <...>
Могли бы вы мыслить Бога? — Но пусть это означает для вас волю к истине, чтобы все превратилось в человечески мыслимое, человечески видимое, человечески чувствуемое!
Ваши собственные чувства должны вы продумать до конца!
И то, что называли вы миром, должно сперва быть создано вами: ваш разум, ваш образ, ваша воля, ваша любовь должна стать им».[19]
«Бог есть мысль, которая делает все прямое кривым и все, что стоит, вращающимся».[20]
«Прочь от Бога и богов тянула меня та воля: что осталось бы созидать, если бы боги существовали!»[21]
Последняя фраза нуждается в особом комментарии, ибо имеет отношение к концепции творчества. Если в пространстве Духовной революции новое творчество рассматривалось как теургия, или сотрудничество с Высшим, то Заратустра противопоставил творчество человека творчеству Высшего начала. Вместо принципа, дополняющего одно творчество другим, он утверждал несовместимость одного с другим. Или — или. Или Бог, или я — человек.
Заратустра так же бесцеремонно попрал Великий космический закон о гармонии двух начал — женского и мужского, отведя женщине подчиненную роль, полностью следующую мужской воле и желаниям.
Владимир Соловьев писал о преображении человека, которое может состояться только в сотрудничестве с Высшими мирами, Высшими силами.
Заратустра Ницше настаивал на другом — «Человек есть нечто, что должно превзойти».[22]
Превзойти самого себя можно только усилиями собственной воли, действующей в пространстве земной материи. На этой воле, по мысли Заратустры, и должно держаться царство земное, властелином которого станет сверхчеловек.
«Страданиями и бессилием созданы все потусторонние миры и тем коротким безумием счастья, которое испытывает только страдающий больше всех.
