"... Я родилась 30-го января 1897 года в Валмиерском округе, вблизи озера Буртниеку (названия селения не знаю). Своих родителей тоже не помню. В младенческом возрасте меня удочерила бездетная семья железнодорожника Закиса. Жили они в Риге, имели свой дом в Чиекуркалнсе. Мой приемный отец Янис Закис работал мастером на вагоностроительном заводе "Феникс". Родители относились ко мне любовно и заботливо, как к родной.
Семья Закисов была верующей и трудолюбивой. Их любимое выражение: "Всякую работу нужно выполнять по совести, как будто для себя самого".
Когда мне исполнилось семь лет, меня определили в частную прогимназию Эмилии Шульц на улице Дзирнаву... С гордостью вспоминаю своих учителей. В младших классах латышский язык нам преподавал писатель Янис Акуратер. В то время вышли в свет его первые книги – "На севере" и "Звездная ночь"... Естественно, мы, его ученики, приобрели их с автографами... В старших классах занятия по латышской литературе проводил поэт Фрицис Барда. Своим ученикам он привил любовь не только к национальной поэзии, но и к философии Гегеля, Шопенгауэра. Тогда же по его рекомендации я прочитала в оригинале стихи Гете, Рильке, Гофмансталя.
– Знание иностранных языков позволяет соприкоснуться с самым сокровенным – авторскими оригиналами... Тогда впервые и появилась у меня тяга к изучению языков... Родители поддержали меня. На немецком языке я уже говорила с детства, русскому обучалась в гимназии, там же "факультативно" изучала и французский. Чтобы получить право на преподавание французского языка год училась в престижной гимназии Людмилы Тайловой. Одновременно брала уроки игры на фортепьяно у известного композитора и музыканта Николая Алунана..."
Интерес к языкам и другим предметам – литературе, истории и географии – не сочетался, однако, у Мэты с преподавательской деятельностью... Она острила: "Хочу учиться, но не хочу учить других. В роли учителя не могу себя представить". И свершилось все так, как она хотела. Закончив гимназию, вместо преподавательской работы Мэта поступает рядовой служащей в канцелярию. В годы первой мировой войны многие рижские учреждения эвакуируются в Россию. "А я осталась, – вспоминала Мэта Яновна. – И что вы думаете, куда направила свои стопы? – Поступила в Институт английского языка..."
Предполагала ли она, что в будущем этот язык ей пригодится больше всего?...
... А произошло это спустя много лет – в конце 20-х, начале 30-х годов, когда она вошла в состав правления новообразованного Общества Рериха. Как переводчица сотрудничала с молодым доктором Гаральдом Лукиным, исполняющим должность научного секретаря в Институте "Урусвати"...
В 1940 году, после закрытия Общества Рериха, общение между его членами и друзьями не только продолжалось, но и становилось более тесным... Особенно дружна была Мэта Пормале с врачом-стоматологом Катриной Драудзинь, актрисой Мильдой Риекстинь, супругами Якобсон, семьей Рудзитис, Гаральдом Лукиным... В 1948 году в Латвии начались репрессии. Под первую волну арестов попала мужская часть рериховцев. В 1949 году последовали женщины... Отбывали наказание в лагерях строгого режима. "Однодельцы" редко попадали вместе.
