Проблема конвергенции затрагивалась в теоретических трудах Х.Эллиса, Л.Леви-Брюля, К.Закса, М.Шмидта, У.Сорелла, М.Кагана, А.Д.Столляра. Общечеловеческие универсалии и явления конвергенции рассматривались в трудах А.П.Окладникова, Я.А.Шера, специально посвященных скальному искусству Средней и Центральной Азии.
С позиций сравнительной музыкальной археологии особый интерес представляют примеры в работах о происхождении музыкальных инструментов Лавергрена и об архаических танцах Э.А.Королевой.
Обратимся к сравнительному анализу материалов музыкальной археологии в скальном искусстве локальной евразийской территории. «Музыкальные находки» Средней Азии, Казахстана и Центральной Азии включают наскальные изображения ритуальных сцен мусического характера (живопись, петроглифы). Термин «музыкальный» – символический, потому что распространяется на ритуально-танцевальные сцены, в которых незримо присутствует музыка.
Древнейшие эпохи (мезолит, неолит, энеолит) фиксируют в наскальной живописи, выполненной охрой, два вида архаических танцев: мужской охотничий и круговой танец (обрядовый хоровод). Самое большое скопление живописных многофигурных сцен с ряжеными под птиц охотниками обнаружено в Зараутсай близ Термеза. Охотничий танец в масках является стадиально архаическим явлением, известным многим племенам примитивных культур. Североамериканские индейцы воспроизводили весь процесс охоты. Главную группу ритуальной сцены Зараутсая составляют ряженые охотники в колоколовидных одеждах. Некоторые участники изображены с трещотками. Замаскированные под дроф или страусов охотники являются участниками зрелищной пантомимы. Этот охотничий ритуал был связан с ритмическим танцем и музыкой. Замаскированная под страуса фигурка охотника изображена на росписи грота Шахты на Памире.
Аналоги в изображении первобытной охоты известны в широких пределах Евразийского континента: Аранья (Левант) в Испании, Чатал-Гуюк в Анатолии, а также в Африке (Адрар-Анет).
Зрелищным обрядом представляется известная сцена массовой облавной охоты на росписи Чатал-Гуюка (7 тысяч лет до н.э.). Д.Д.Штокман доказывает, что на росписи Чатал-Гуюка изображены танцующие охотники. В руках у них атрибуты: лук, маленькие барабаны и трещотки. Некоторые охотники держат барабаны в форме диска и какие-то крючкообразные предметы, вероятно, ударники. Такая интерпретация атрибутов подтверждается археологическими находками. Автор дает ценную информацию о существовании неолитических барабанов III – II тысячелетия до н.э. в виде двойных глиняных сосудов, обтянутых кожей, найденных в Европе: в Средней Германии, Силезии, Моравии. Барабан-песочница был известен с древнейших времен в Индии и зафиксирован наскальными изображениями в Бамбетке.
Ритуальный круговой танец был связан с происхождением мусических искусств. Изображение древнейшего кругового танца было найдено в пещере мезолитической эпохи Ак-Чункур в Киргизии. Уникальный круговой танец воспроизведен на наскальных изображениях IV – III тысячелетия до н.э. из Ходжикента (близ Ташкента). Женские фигурки изображены схематично и напоминают архаических богинь (без рук и головы) в Кобыстане (III тысячелетие до н.э.). Они изображены в ритуальном танце в одинаковых позах. Условный знак в форме круга «кап-марк» известен в скальном искусстве как символ плодородия, раскрывающий смысл образов. Одна из участниц сцены является музыкантшей. Она держит предмет, похожий на музыкальный лук – прародитель арфы. Женщина выступает здесь как магическая хозяйка зверей – объектов охоты, привлекающая их своим колдовством.
Бронзовый век, III–II тыс. до н.э.
Каньон Тамгалы близ Алма-Аты (Казахстан)
Три фигуры женщин в ритуальном танце с музыкальным инструментом, видимо, представляют собой устойчивую форму идеи плодородия, которая возникла самостоятельно вне определенных хронологических стадий в разных частях Евразийского континента. Примером парадоксальной конвергенции (без исторической связи) независимого идентичного психологического мироощущения можно признать живописную композицию на беотийской керамике VII века до н.э. в Греции. Считается, что музыкальный лук – один из древнейших музыкальных инструментов. Он стал главным инструментом, общепринятым в энеолитическую эпоху. Имеются изображения этого инструмента в наскальной живописи третьего тысячелетия до н.э. в Испании (пещера Эль-Синга в Гассиле), в Африке (Тассили). Охотники и танцоры извлекали ритмические звуки стрелами о луки. Имеется изображение музыкального лука на большой Боярской писанице (регион среднего Енисея).
Эпоха бронзы и раннего железа (III – I тысячелетия до н.э.) представлена развитой системой коллективных музыкальных ритуалов, связанных с сельскохозяйственными и скотоводческими культами и мифологией. Идея сверхъестественных сил, обеспечивающих хороший урожай, земное плодородие, благополучие общины, распространилась по всей Евразии. Поклонение солнцу становится одной из ведущих форм религии. Светило почиталось в образе божественных символических персонажей – солнце-людей, солнцеликих великанов. Магические коллективные и парные танцы перед фантастическими солярными божествами занимают большое место в тематике петроглифов.
