"20 апреля 1931 г. Пенджаб. Нагар. Кулу.
Вы, возможно, слышали о моей идее Пакта Мира с особым символом о защите культурных сокровищ, которая... была с воодушевлением встречена представителями мира Культуры во всех странах. Разумеется, Ваше авторитетное мнение об этой идее, которое привлекло бы внимание к этой острой концепции (защиты) культуры, было бы очень ценно для нас..."
В ответном письме Р.Тагор оказывает свою поддержку: "Шантиникетон. Бенгалия. 26 апреля 1931 г.
Я внимательно следил за Вашими замечательными достижениями в области искусства и за Вашей большой гуманитарной деятельностью на благо всех народов, ярким символом которой является Ваша идея Пакта Мира с особой Программой защиты культурных ценностей".
В том же, 1931 году, в мае, Индия и все прогрессивное человечество отмечали 70-летие Рабиндраната Тагора: поэта, мыслителя, общественного деятеля, Человека. Конечно же, Н.К.Рерих, разворачивавший в это время деятельность института Урусвати в Индии, не мог не откликнуться на это событие. "Виджайя, Тагор" - так назывался его очерк, посвященный им большому другу и великому представителю общечеловеческой культуры. В том же году очерк был переведен на русский язык и напечатан в Нью-Йорке.
"Ведь песни Тагора, это вдохновение и зов к культуре, его моление о Великой Культуре, его благословение ищущим пути восхождения. Синтезируя эту огромную деятельность, все идущий на ту же гору, проникающую в самые тесные переулки жизни, разве может кто-нибудь удержаться от чувства вдохновляющей радости? Так благословенна, так прекрасна сущность песнопения, зова и трудов Тагора.
Живет Тагор во славу культуры. Пусть стоит и Шантиникетон в назидание росту человеческого духа, как строение самого нужного, самого благотворного, самого прекрасного.
Виджайя, Тагор!"
И в прямом диалоге, в своих письмах, Николай Константинович высказывал свое восхищение Рабиндранату Тагору его достижениями в борьбе за Культуру. 23 октября 1935 года он писал:
"Только что вернулся из экспедиции по Центральной Азии... В самых различных местах я много раз слышал, как Ваше имя повторялось с огромным почтением и уважением. Счастье Индии в том, что у нее такой вождь Культуры, как Вы...".
1 ноября 1935 г. Р.Тагор отвечал на это: "Мне доставило огромное удовольствие узнать, что Вы благополучно вернулись в свой Ашрам. Не могу не позавидовать тем неизгладимым впечатлениям и захватывающим переживаниям, испытанным Вами в тех отдаленных и труднодоступных районах земного шара, где Вы время от времени проводите свои исследования".
Интересен тот факт, что на склоне лет Р.Тагор взялся за кисть и карандаш, занялся рисованием - в Индии все чаще и чаще появляются его неповторимые рисунки, в конце 30-х годов с большим успехом проходит художественная выставка. К сожалению, ни в одном из уцелевших писем не встречаем мы мнения Н.К.Рериха о работах Тагора-художника, дискуссий на эту тему. Связано ли это с тем, что Николай Константинович не смог увидеть этих работ, или по каким-либо другим причинам - не известно. Переписка друзей в 36-37 годах затрагивает в основном самые насущные вопросы тех лет -о международном положении. Какой болью за судьбу человечества, какой тревогой проникнут диалог двух представителей разных народов, цивилизаций, но одинаково ощущавших себя гражданами планеты Земля!
