Об Аполонии, который утверждал, что он видит "настоящее и будущее в чистом зеркале", вследствие своего воздержанного образа жизни, профессор весьма красиво выразился: "Это то, что можно назвать духовной фотографией. Душа — это камера, в которой факты и события, будущее, прошлое и настоящее одинаково запечатлены, и ум осознаёт их. За пределами нашего каждодневного мира всё подобно одному дню или состоянию, где прошедшее и будущее заключены в настоящем."
Были ли эти богоподобные люди "медиумами", какими их считают ортодоксальные спиритуалисты? Ни в коем случае, если мы под термином "медиум" подразумеваем тех "болезненных сенситивов ", которые рождаются с определёнными свойствами организма и кто, по мере развития своих сил, всё более и более становятся доступными неотразимому для них влиянию разнообразных духов, элементарных и элементальных. Бесспорно, это так, если мы будем считать каждую личность медиумом, в магнетической атмосфере которого обитатели высших невидимых миров могут двигаться, действовать, жить. В таком смысле каждый человек есть медиум. Медиумизм может быть: 1) саморазвившимся; 2) развившимся под внешним влиянием; 3) может оставаться латентным в течение всей жизни. Читатель должен запомнить определение этого термина, ибо, если он не будет правильно понят, произойдёт неизбежная путаница. Такого рода медиумизм может быть активным или пассивным, отталкивающим или воспринимающим; положительным или отрицательным. Медиумизм измеряется качеством ауры, которою личность окружена. Она может быть плотной, облачной, зловоннотошнотворной и ядовитой для чистого духа и может привлекать только тех гадких существ, которые в ней чувствуют себя прекрасно, как угорь чувствует себя прекрасно в мутных водах; или же она может быть чистой, хрустальной, прозрачной, опаловой, как утренняя заря. Всё зависит от нравственности медиума.
Вокруг таких людей, как Апполоний, Ямблих, Плотин и Порфирий собирался этот небесный нимб. Он был выработан силою их собственных душ в тесном согласии с их духом, сверхчеловеческою нравственностью и святостью их жизней; он был подкреплён частыми внутренними экстатическими созерцаниями. К таким святым людям чистые духовные влияния могли приближаться. Излучая кругом атмосферу божественной благодати, они обращали в бегство злых духов. Те не только не могут существовать в их ауре, но даже не могут оставаться в ауре одержимых, если тавматург применяет свою волю или даже только приближается к ним. Это есть МЕДИАТОРСТВО, а не медиумизм. Такие люди являются храмами Бога Живого; но если этот храм оскверняется допущением в него злой страсти, мысли или желания, то медиатор впадает в сферу колдовства. Дверь открыта: чистые духи уходят, и врываются порочные. Это всё ещё медиаторство, хотя и медиаторство зла; колдун, подобно светлому магу, формирует свою собственную ауру и подчиняет своей воле близких ему по духу низших духов.
