Смальта — материал, из которого создавалась средневековая мозаика (Киевская Русь) и мозаика Рериха, соответствует описанию виденного «в Духе» Иоанном Небесного Иерусалима. Для нашего восприятия символического пространства этот факт необычайно важен. Сам материал как бы вводит верующего в сверхреальное пространство. Мозаика, как и драгоценный камень, дематериализовывала предметы. Растворяла их в пространстве. Они становились как бы созданными из единой светоносной ткани. Не случайно описание Небесного Иерусалима сходится с описанием смальты — «подобно стеклу». Мозаика «одевает дом Божий». С.Эрнст подчеркивал «духовное горение» мозаик Рериха.[9]
Максим Исповедник писал: «Умственный мир для могущих видеть весь открывается в мире чувственном, таинственно преображаясь в символических видах, а мир чувственный весь существует в мире умственном своим основанием». Вслед за ним исследователь культуры средневековья Д.С.Лихачев писал: «Мир видимый и мир невидимый объединены символическими отношениями, раскрытыми через писание. В раскрытии этих символических отношений и заключается главная цель средневековой "науки" и средневекового искусства. В средневековье символами "вечных" и "вневременных" отношений были растения, драгоценные камни, численные соответствия и т.д.».[10] Специальная статья Епифания Кипрского о символическом значении драгоценных камней была широко распространена в древнерусской литературе (в Толковой палее, в хронографах и в хронологических частях летописи, в азбуковниках, в иконописных подлинниках и т.п.) и была включена в Изборник Святослава 1073 года.[11]
В «Авесте» небо уподобляется дворцу из небесного вещества; в арабо-мусульманской традиции описываются многоярусные небеса из драгоценных, блистающих, сверкающих материалов: золота, хрусталя, жемчуга, смарагдов. В «Дхандогья-упанишаде» (III 19, 1) небо — золотое яйцо, земля — серебрянная.[12] Джелал Эддин описывает соединение души с Богом: «Я потерян в тебе, как чистый рубин, наполненный светом солнца, теряется настолько, что в нем не видно больше ничего, кроме сияния солнца.[13] В мистическом видении символиста Вячеслава Иванова, описанном отцом Павлом Флоренским, «душа наша — как голубой алмаз».[14] Подобное же описано Святой Терезой: «Божество представляет собой словно громадный прозрачный бриллиант, в котором каждый из наших поступков отражается таким образом, что вся его греховность становится ясной и очевидной».[15] То же описание и в Откровении Иоанна: «Светило его подобно драгоценному камню как бы камню яспису кристалловидному» (XXI, 11). Все эти свидетельства мистической реальности, как мы видим, повторяются в различных религиях.
