Точно так же и в духовном воспитании целью, которую мы ставим перед собой, будет принять те имена, которые соответствуют нашему конкретному окружению, избранному нами пути и особенностям нашего темперамента. Если у вас склонность к религии, вы будете называть это Богом, и ваше духовное усилие будет направлено на отождествление с Богом, превосходящим любые формы, с Богом непостижимым, в отличие от Бога Вездесущего, имманентного, пребывающего в каждой форме. Другие назовут это Абсолютом, Первоисточником, а третьи, напротив, Нирваной; те, кто воспринимает мир как нереальность, иллюзию, назовут это Единственной реальностью, а для тех, кому все проявленное кажется ложью, неправдой, это станет Единственной Истиной. И в каждом из этих определений содержится доля истины, но все они остаются неполными, подчеркивающими какое-то одно свойство того, что имеется в действительности.
Но и здесь определение ума не играет особой роли: как только вы проходите промежуточные стадии, откровение оказывается всегда тем же самым. И в любом случае самым правильным подходом, самым быстрым методом будет полная преданность и самоотдача. Ибо нет радости более совершенной, чем полностью отдаться тому высочайшему, которое доступно вашему пониманию: для одних это понятие Бога, для других Совершенства. Если вы продолжаете отдавать себя настойчиво и с жаром, наступит момент, когда вы превысите собственное понимание и достигнете состояния, превосходящего любые описания, но которое почти всегда оказывает на человека одно и то же воздействие.
Есть существенная разница между таким отождествлением и соединением с психическим существом. Последнее может становиться постепенно все более и более длительным, а в некоторых случаях оно оказывается непрерывным и никогда не покидает того, кто его достиг, каковы бы при этом ни были его внешние действия. Другими словами, соединение достигается уже не в медитации и при сосредоточении; его действие ощутимо непрерывно, и во сне и наяву.
С другой стороны, освобождение от внешней формы и отождествление с тем, что находится вне формы, не может протекать во всей полноте; так как это неизбежно привело бы к потере материальной формы. Некоторые традиции говорят, что такая потеря неизбежно наступает через двадцать дней после абсолютного отождествления. И все же в этом нет необходимости; даже если опыт оказывается кратковременным, он производит в сознании такие последствия, которые никогда не исчезают и дают отклик на всех уровнях существа, и внешних, и внутренних. Более того, случившись единожды, такое отождествление может возобновляться вновь и вновь, позволяя вам понять, как вернуть себя в те же самые условия.
Такое проникновение в бесформенное приносит величайшее освобождение, которого ищут те, кто стремится уйти от существования, переставшее быть для них привлекательным. И неудивительно, что их не удовлетворяет мир в его нынешнем состоянии. Но освобождение, которое оставляет тем же самым мир и никак не затрагивает самих условий жизни, от которой страдают другие, не может удовлетворить тех, кто отказывается жить счастьем, приносящим радость лишь нам одним, и кто мечтает о мире, достойном восхищения, скрытого за видимым беспорядком и общей ничтожностью. Они мечтают о том, чтобы другие тоже были достойны чудес, открывшихся им в их внутренних поисках. И теперь, когда они достигли вершины восхождения, средства к тому в пределах их досягаемости.
