“В Афины со всего мира стекаются блага других стран и мы можем пользоваться ими также легко, как и благами своей земли”,— говорил Перикл. Обширные торговые предприятия сильно повышали благополучие граждан Афин.
Как истинный вождь народа, которого, по свидетельству Плутарха, одухотворяли действительно возвышенные и благородные намерения, Перикл лелеял пламенное чаяние сплотить всю Элладу, расколотую на мелкие, часто враждебные государства, в одну крупную национальную административную единицу, с единой сильной центральной властью под управлением Афин. Он хотел созвать в Афинах очень широкий конгресс, где были бы представители от всех эллинских стран и из Египта, и из Азии. Там обсуждали бы политические и религиозные вопросы, которые касались всех греков.
С этим намерением Перикл разослал по греческим малым государствам и колониям своих делегатов с приглашением прибыть на собрание. Но Периклу пришлось пережить тяжёлое разочарование: конгресс расстроился из-за сопротивления Спарты. Спарта, находящаяся впереди всех государств Пелопоннеса, всё время смотрела с завистью на могущество и влияние своей соперницы; кроме того, антагонизм вызвало само политическое устройство Афин: в Спарте господствовали аристократы, которые с неприязнью смотрели на широкие демократические реформы соседнего государства. Для того, чтобы мирным путём одолеть своего главного противника, всё время обособлявшегося от Афин и нередко даже от всего общего греческого дела, переходя иногда даже на сторону персов, Перикл неоднократно пытался заключить мир со спартанцами, с которыми у него вновь и вновь возникали столкновения. Наконец, в 445 году до н.э. оба государства заключили так называемый 30-летний мир. Это ценное мирное время Перикл использовал для самого напряженного строительства, хотя этот мирный договор был, по большей части, внешним: Спарта внутри своего государства продолжала обособляться, что позднее и кончилось для Афин трагически. Это, разумеется, чувствовал и сам Перикл, поэтому он старался всё больше объединять и укреплять своих союзников, вводить у них также демократию и, где возможно было, успокаивать договорами и привлекать к Афинам ещё новые государства. Он знал, что Афины должны быть хорошо подготовленными к возможной войне со Спартой.
Так уже с самого начала, когда Перикл стоял у кормила правления в Афинах, он всеми силами стремился реализовать дело мира. Но как раз ему, миротворцу и строителю, так же как другим великим государственным вождям Акбару и Марку Аврелию, выпало пережить много войн. Но и они велись с целью укрепления внутреннего строительного единства.
Перикл был также выдающимся военачальником, обладавшим большим героическим мужеством и хладнокровием. В своих военных походах на море, он, главным образом, действовал стремительно и одерживал победы. Как рассудительный стратег, он был осторожен, ибо берёг воинов. Он даже вводил новшества в военном искусстве, употреблял, например, новые осадные машины. Он не предпринимал ничего такого, что не было бы абсолютно необходимо. Почувствовав превосходство противника, он медлил и отступал. Реже применял сухопутные войска, чаще свой несравненный по тем временам Афинский флот. Он боролся против честолюбия своих полководцев, желавших завоевать авантюрными набегами чужие земли. Освобождать союзников от неприятеля, наказывать отступников и бороться с главным противником — Спартой — в этом состоял смысл его военных действий.
