Г.Сковорода считал, что у человека имеется два тела и два сердца: тленное и вечное, земное и духовное. То, что человеку, таким образом, присуща двойственная природа, значит еще, что человек есть «внешний» и «внутренний». И последний никогда не погибает: умирая он только лишается тела. Мир, в котором пребывает человек, тоже двойственен. За «реальностью», за тем, что дано человеку в ощущениях его пяти чувств, шестым чувством человек ощущает «действительность внутреннего», инобытие, миры иные, горние. Как писал Достоевский: ««Многое на земле от нас скрыто, но взамен того даровано нам тайное сокровенное ощущение жизненной связи нашей с мирами иными, с миром горним и высшим, да и корни наших мыслей и чувств не здесь, а в мирах иных... Бог взял семена из миров иных и посеял на сей земле и взрастил сад свой, и взошло все, что могло взойти, но взращенное живет и живо лишь чувством соприкосновения своего таинственным мирам иным, если ослабнет или уничтожится в тебе сие чувство, то умирает и взращенное в тебе. Тогда станешь к жизни равнодушен и даже возненавидишь ее».[8] Русское представление о свободе возникло у русских людей от ощущения своей причастности к мирам иным, от стремления в этих мирах утвердиться. Русский ищет не свободы делать деньги, а освобождения от «греха», от косности и инертности материи этого мира, от смерти, он ищет бессмертия. Отсюда и тройная страсть, и тройной пафос русской культуры: 1) пафос выхода из граней личного, частичного, «внешнего» я – Преображение в подражание Христу, 2) пафос вселенского, соборного слияния человечества и Высших разумных сил Природы, 3) пафос перехода жизни на земле на иную степень бытия, вселенское Преображение, одухотворение материи, прорыв в просторы свободного иного бытия.
Русский народ религиозный по своему типу и по своей духовной структуре. Его требования к свободе максимальны и именно то, что представляется утопией, для русского наиболее реалистично. Русские мистичны и тяготеют к конечным, апокалиптическим решениям. Они хотят конца этого мира лжи и воцарения на земле мира правды и красоты. Они не любят земного, «внешнего», их тянет потустороннее, «внутреннее». Их представления о свободе близки представлениям древнеиндийских философов об освобождении духа человеческого от земной материи, как о цели человеческой эволюции. Народы Запада - духовно оседлые, русский народ – странник в этом мире. Русские пребывают в постоянном движении, поиске, они ищут правду жизни.
Для того, чтобы нам можно было свободно двигаться дальше, мы должны на этом месте остановиться и договориться о том, какое понятие мы вкладываем в термины: инобытие, миры иные, Высшие Миры, мир горний, Надземное, Небо. Этими словами выражаются представления, лежащие в основе человеческого сознания, не удивительно, что все, заслуживающие этого названия религии и философии обретают ткань своих умозрений именно в пространстве этих представлений. Эти универсальные для человека представления пронизывают массивы мышления всех народов и времен, мы могли бы подойти к определению их сути и через ведантизм, и через буддизм, герметизм, зороастризм, гностицизм, неоплатонизм, христианство, но ближе всего нам идти от философии всеединства, связанной для нас с именами Вл.Соловьева и П.А.Флоренского.
