Особым качеством высокохудожественного текста является амбивалентность — такого рода многозначность, каждое из значений которой равноправно и не влияет на суть и логику финала. Такого рода многозначностью отличались тексты выдающихся мастеров слова: «Гамлет» Шекспира, «Дон Кихот» Сервантеса, «Фауст» Гете. Именно в этот ряд вписываются «Каменный гость», «Борис Годунов», «Сцена из Фауста» Пушкина — поэта, представляющего русскую точку зрения на жизнь и искусство. Русского — значит, — сочетающего мировоззрение Востока и Запада, синтезирующего их и вырабатывающего свой собственный взгляд на мир.
Совершенно бесполезно спорить о том, был ли поэт религиозен или нет, или о том, как он относился к Любви или к Знанию, когда речь идет о художниках подобного уровня. Они являют своим творчеством возможные точки зрения и доказывают правомерность каждой из них. Стремление описать явление амбивалентно идет не от отсутствия собственной точки зрения, а опирается на желание воспроизвести мир во всем его многообразии и отразить присущие ему черты, такие, например, как размытость, неуловимость граней между Добром и Злом, способность Человека ошибаться и искренне заблуждаться в оценке тех или иных явлений.
В самом деле, непродуктивно и неверно рассуждать о том, зачем пришел Дон Гуан к донне Анне: чтобы погубить ее, или чтобы спасти себя. Выражаясь формулой, предложенной Т.С.Элиотом в его знаменитой статье о «Гамлете», немногие критики представляют себе, что Гуан как характер имеет значение второстепенное. Главное — понять, как сделан текст. То есть то, почему возможны различные его прочтения. Пушкин добивается амбивалентности в прочтении финала маленькой трагедии и в подходе к трактовке происходящих событий тем, что актуализирует, вскрывает глубинные истоки образа, берущего начало из испанских народных легенд и народных книг, известного в России по его разработке во французской литературе Ж.-Б.Мольером. В испанских легендах образ Дон Жуана начал складываться, прежде всего, как образ вольнолюбивого дворянина, безбоязненно нарушавшего этикетность и правила иерархичного средневекового общества. Он был народным героем. Со временем образ стал переосмысливаться. Безудержное вольнолюбие персонажа и его стремление все поставить под сомнение, в том числе и те вопросы, которые подвергать сомнению нельзя (обычно не стоит проверять положения христианских заповедей, об этом написано огромное количество литературных произведений), трансформировало его в антигероя. Человек, наделенный острым умом и безбоязненно ставящий эксперименты на своей собственной жизни, отвергая опыт общепринятого, становился для общества опасным.
Пушкинский Гуан благороден. Прежде всего, он вольнолюбивый отважный дворянин, нарушающий приказ короля об изгнании, более того, считающий такой приказ заботой о том, чтобы спасти его, страстного дуэлянта, от преследований и мести со стороны родственников убитых им на дуэли. Во-вторых, он неутомимый искатель красоты. Он искренне любит каждую женщину, которая прошла через его жизнь, в каждой видит ее неповторимость и, что вызывает безусловные симпатии к нему, за каждую готов заступиться.
